Конвейер чудес: почему сказки — надежда и проклятье российского кино
«Чебурашка», «Простоквашино», «Буратино» — теперь новогодние каникулы почти каждого россиянина начинаются с дорогой сказки по мотивам известного сюжета. И хотя многие такие фильмы получают не лучшие отзывы от зрителей, СМИ стабильно рапортуют о миллиардных сборах в кинотеатрах. Рассказываем, как «новые русские сказки» захватили прокат, по какой схеме их снимают и как успех таких картин влияет на отечественную индустрию.
Обложка: Наше Кино
Как сказки захватили прокат
Первую на Руси киносказку сняли в 1910 году — это был немой короткометражный фильм «Русалка» по незавершённой пьесе Александра Пушкина. А спустя пару десятилетий режиссёр Александр Роу превратил сказки в полноценный жанр кинематографа. Он воплотил на экране фольклорные сюжеты про Кощея Бессмертного, Василису Прекрасную, Конька-Горбунка и других народных персонажей. А заодно задал стандарт киносказки, который соблюдают до сих пор: поучительный и юморной сюжет, роскошные костюмы и декорации, направленность на семейную аудиторию.
Кадр: Союзмультфильм
В советское время на экраны вышло огромное количество сказок. Помимо Роу в жанре работало немало талантливых постановщиков. Александра Снежко-Блоцкая создала анимационные версии сказок «Гуси-лебеди» и «Снегурочка», а вместе с ними еще множество культовых мультфильмов: про древнегреческие мифы, Мальчиша-Кибальчиша и мангуста Рикки-Тикки-Тави. Александр Птушко тоже в основном работал с анимацией («Сказка о царе Салтане», «Руслан и Людмила»), но снимал и игровое кино, например, фильмы «Золотой ключик» и «Новый Гулливер». Геннадий Васильев подарил нам картину «Финист — Ясный сокол», а Борис Рыцарев — «Принцессу на горошине» и «Волшебную лампу Алладина».
После распада СССР сказки на время исчезли из афиш кинотеатров. Вплоть до конца 2010-х годов удачными примерами сказочных адаптаций можно назвать разве что первые фильмы серии «Три богатыря». А вот блокбастеры вроде «Книги мастеров» и «Дед Мороз: Битва Магов» один за другим проваливались в прокате. И только в 2017 году с выходом картины «Последний богатырь» чудо наконец произошло: при бюджете 370 млн ₽ мировые сборы превысили 1,7 млрд ₽.
Кадр: Централ Партнершип / START
После этого российская киноиндустрия вновь с интересом взглянула на жанр экранной сказки. «Последний богатырь» стал франшизой, на питчингах Фонда кино чаще стали мелькать новые адаптации фольклорных сюжетов и ремейки советской классики для детей. А рекордные сборы «Чебурашки» окончательно убедили продюсеров и режиссёров, что сказки — новая «золотая рыбка» отечественного кинематографа.
Чебурахнуться можно: каким вышел фильм «Чебурашка»?
«Чебурашка» вышел, когда российский прокат только начал оправляться от ухода зарубежных студий и заполнять освободившиеся ниши. И пускай западные блокбастеры продолжили показывать окольными путями через предсеансовое обслуживание, это было сложно назвать полноценной конкуренцией. Вдобавок россияне стали активнее погружаться в собственную культуру, особенно фольклор. В музыкальные чарты попала «Матушка-Земля» и народница Кадышева, книжные полки заполнились славянским фэнтези и ретеллингами, а в кино начали активно показывать сказки.
Славянское фэнтези: что это за жанр и почему он так популярен?
Кадр: НМГ Кинопрокат
Чебурашка, Конёк-Горбунок, Баба Яга и богатыри — не единственные фантастические персонажи, которых вернули на большие экраны. В очередь на свежую экранизацию стоят: Иван (и который дурак, и который царевич), Колобок, Незнайка, Старик Хоттабыч, Садко и многие другие. Джинн киносказок вылез из лампы, и назад в ближайшие годы не собирается — это показывают и объёмы госфинансирования, и кассовые сборы.
Собираем киносказку
Современные экранные сказки чем-то напоминают сочинения для ЕГЭ по литературе. И там, и там выработалась нехитрая схема, с которой гораздо проще добиться успеха. Покажем, по какому шаблону создают большую часть киносказок:
Популярный первоисточник
Это фундамент любого сказочного блокбастера, а фундамент должен быть крепким. Все с детства знают, кто такой Чебурашка и Колобок, поэтому обычно студии снимают только про известных персонажей. Такие фильмы коммерчески безопасны, ведь привлекают зрителей всех возрастов: детей — яркой картинкой и приключениями, взрослых — возможностью окунуться в детство и увидеть знакомых героев в новом исполнении.
Кадр: Союзмультфильм / Yellow, Black & White
Бонусом для режиссёра часто становится уже существующая экранизация, которую можно смело брать за основу нового произведения. Здесь режиссёр оказывается у сказочной развилки:
Налево пойдёшь — возле первоисточника останешься
Отходить далеко от оригинальной сказки довольно рискованно: зрители могут не принять новое прочтение. Поэтому некоторые режиссёры проводят сказке что-то вроде косметического ремонта: немного расширяют сюжет, углубляют мотивацию героев, усложняют основной конфликт. Итоговый результат зависит от мастерства команды. Фильму «По щучьему велению» такие изменения пошли на пользу. А вот создатели «Бременских музыкантов» не смогли внятно переработать культовую историю.
Направо пойдёшь — сказку осовременишь
Далеко не все авторы оставляют сказочную атмосферу нетронутой. Часто знакомую историю переписывают на современный лад, и здесь на помощь сценаристам приходит троп попаданчества. В таких ремейках современный человек магическим образом переносится в сказочный мир, где ходит со смартфоном и шутит на современные темы под недоумевающие взгляды былинных персонажей. В «Последнем богатыре» попаданцем выступает маг-шарлатан, в «Горыныче» это моряк, а в «Волшебнике Изумрудного города» девочка с зависимостью от гаджетов.
«Волшебник Изумрудного города»: разбираем «Дорогу из жёлтого кирпича»
Кадр: Централ Партнершип
Сказки от этого лучше не становятся. Современную мораль подают в лоб, а само попаданчество обыгрывают плоскими шутками в духе: «Эй, Колобок, а где тут можно латте попить?». Режиссёр фильма «Соловей против Муромца» пошёл ещё дальше и поместил историю о богатыре во вторичное техно-фэнтези. Надо ли говорить, что образ былинного героя от этого никак не обогатился?
Комедия для самых маленьких
Ещё со времён Александра Роу повелось, что киносказки должны не только поучать, но и веселить. Современные ремейки обычно ограничиваются физической комедией, шутками за 300 и забавными отсылками — юмор должны понять все от мала до велика. По этой же причине на роли в экранных сказках часто берут актёров с комедийным амплуа или юмористов вроде Гарика Харламова и Дмитрия Журавлёва.
Нет ничего важнее семьи
В современных реалиях семейная аудитория — самая активная, платёжеспособная и потому наиболее ценная для киноделов. Чтобы снизить рейтинг фильма до заветного 6+, режиссёры избегают сцены, которые могут показаться зрителям пугающими или оскорбительными. Иногда с самоцензурой перегибают настолько, что лишают оригинальную историю острых углов и противоречивых, но вполне безобидных моментов. Эта стерильность вредит сюжету, но зато позволяет охватить максимально широкую аудиторию.
Какой у сказочки конец?
Так называемые «новые русские сказки» постепенно превращаются в мультивселенную безумия похлеще чем у Доктора Стрэнджа в Marvel. Богатырь на афише то последний, то первый. Елена Яковлева играет то злодейку из «Чебурашки», то Бабу Ягу (и делит эту роль с несколькими другими актрисами). Конвейер сказок заказан на несколько лет вперёд, а дизайнеры только и успевают, что рисовать Коньков да Колобков. Но чем, кроме внушительных кассовых сборов, могут похвастаться современные киносказки? И часто ли их хочется пересматривать после похода в кинотеатр?
Кадр: Централ Партнершип / START
За некоторыми исключениями, сказочные блокбастеры — одноразовый продукт без амбиций стать классикой или хотя бы заметным фильмом своего времени. Эквивалент аттракциона, который если и развлекает, то сиюминутно. Что-то больше в современные киносказки попросту не закладывают, в этом нет необходимости. Достаточно взять известный сюжет, склепать ленивую адаптацию — и вот хотя бы миллиард уже у вас в кармане. А если постараться чуть больше, то может и несколько. Тем более, что многие билеты покупают с помощью Пушкинской карты.
Прокат сказок, особенно новогодних, тоже стал отлаженным процессом, почти рутиной. Зрители бронируют билеты, 1 января идут в кино кто от скуки, кто за компанию, смотрят очередную адаптацию классики, а затем забывают про неё сразу после выхода из зала. Часто даже не важно, что показывают — главное сходить в кино за эмоциями, отдохнуть, развеяться. После Нового года мало кто настроен смотреть фильм вдумчиво, и киноделы прекрасно это понимают.
Кадр: Наше Кино
Популяризировать родную культуру — затея хорошая и полезная. Но когда к экранизации сказок подходят сугубо коммерчески, получается не воспевание или переосмысление классики, а паразитирование. И когда у новых киноаттракционов получается заработать миллиарды рублей, продюсеры лишний раз убеждаются в жизнеспособности своего бизнес-плана, а критику пропускают мимо ушей за ненадобностью.
У тренда на сказки есть и положительные моменты. Кинотеатры стабильно получают выручку и уверенно держатся на плаву, несмотря на санкции и рост цен. Для молодых актёров роль в киносказке может стать началом успешной карьеры. А популярность ремейка привлекает внимание к оригиналу. К примеру, после успеха «Чебурашки» россияне стали активнее покупать книгу «Крокодил Гена и его друзья» Эдуарда Успенского. Но даже эти плюсы не помогают избавиться от ощущения, что бесхитростные, но выгодные киносказки ведут отечественную киноиндустрию к стагнации.
Кадр: Союзмультфильм / Yellow, Black & White
Огромные кассовые сборы таких фильмов воспринимались бы с большей радостью и гордостью, если бы не их удручающее качество. Взгляды продюсеров и режиссёров, видимо, не совпадают с ценностями сказок, которые они снимают. Пока фольклорные сюжеты осуждают жадность, создатели фильмов готовы ради окупаемости сделать с историей что угодно: упростить, опошлить, или грубо переделать под современную повестку. При этом и зрителей, и самих киноделов такое положение дел устраивает. Вторые и вовсе считают, что теперь сами живут как в сказке. Только при всей внешней приятности эта может оказаться с плохим концом.
