Великий и ужасный: почему 2025 год так богат на хорроры
В 2025 году мировым кинопрокатом правят хорроры. Фильмы про вампиров, одержимых кукол, похищенных детей, телесные метаморфозы и даже с повествованием от лица собаки — поклонникам ужасов было из чего выбрать. Рассказываем, почему жанр, долгое время считавшийся «паршивой овцой», вдруг стал любимцем критиков и публики.
Обложка: Warner Bros. / Everett Collection
Какие хорроры вышли в 2025 году
Забегая чуть вперёд, успех прошлогодних хорроров во многом предрёк возрождение жанра. После вирусного боди-хоррора «Субстанция» и ремейка «Носферату» критики охотно приняли «Гадкую сестру» — готическое переосмысление сказки про Золушку. А в феврале в кинотеатрах вышла картина «Обезьяна» Оза Перкинса — автора нашумевшего «Собирателя душ» с Николасом Кейджем.
Начиная с апреля, на большие экраны каждый месяц выходил как минимум один многообещающий фильм ужасов:
Апрель: антирасистский хоррор-боевик «Грешники», который заработал более $300 млн в прокате. В прокате он конкурировал с «Дожить до рассвета» — не самой удачной экранизацией игры Until Dawn.
Кадр: Warner Bros.
Май: самый богатый на ужасы месяц. Вышел новый «Пункт назначения» с подзаголовком «Узы крови» — лучшая часть франшизы с рейтингом свежести 92% и солидными мировыми сборами в $315 млн. Другие интересные премьеры — аномально жуткая японская картина «Выход 8» и ужастик «Верни её из мёртвых» про пугающую приёмную мать.
Июнь: постапокалиптический зомби-сиквел «28 лет спустя» c Джоди Комер, Аароном Тейлором-Джонсоном и Рэйфом Файнсом.
Июль: Телесный хоррор «Одно целое» о мужчине и женщине, которые начинают в прямом смысле липнуть друг к другу.
Август: обласканный критиками хоррор Зака Креггера «Орудия», рассказывающий про исчезновения детей в маленьком городке.
Кадр: Warner Bros. / Everett Collection
Сентябрь: картина «Заклятие 4: Последний обряд», завершающая первую фазу франшизы «Заклятие». При бюджете в $55 млн фильм собрал $487 млн — огромная сумма для жанра.
Октябрь: изобретательный инди-хоррор «Глазами пса» про собаку, которая пытается спасти хозяина от потустороннего.
Расслабляться рано: в ноябре выйдет фэнтези-хоррор Гильермо дель Торо «Франкенштейн», а в начале декабря — «Пять ночей с Фредди 2» — продолжение экранизации одноимённой игры. В этом году в афишах кинотеатров настолько много фильмов ужасов, что издание Variety посвятило этому довольно сомнительную статью. На основании низких сборов «Дожить до рассвета» журналистка Кааре Эриксен пишет, что зрители устали от жанра, потому что хорроров «слишком много».
Кадр: Ken Woroner / Netflix
Но финансовые показатели и оценки критиков показывают, что фильмы ужасов интересны как никогда. В этом году кассовые сборы хорроров уже превысили $1 млрд, а доля рынка у хорроров составила 16,3% — рекордный показатель с 1995 года.
Почему ужасы стали одним из главных жанров кинематографа
Было бы слишком просто объяснить моду на ужасы «Субстанцией»: к моменту её премьеры многие хорроры из списка уже активно снимали. Есть и другие причины, почему зрителю хочется пощекотать себе нервы (мистика тут не причём):
Хоррор отражает нашу тревожную реальность. Если посмотреть на историю развития жанра ужасов, то увидим: чем хуже ситуация за окном — тем продуктивнее и искуснее становятся режиссёры ужастиков. Военные конфликты, экономический и гуманитарный кризис, проблемы с экологией — всё это активнее (и зачастую более открыто) осмысляют именно в хорроре. Ведь это жанр, который априори затрагивает чувствительные темы и не боится быть провокационным. Там, где режиссёр фантастического блокбастера предпочтёт отмолчаться или сгладить углы, автор хоррора придумает жуткую метафору, которая как бы про монстров и чудовищ, но на деле — про нас.
Кадр: Warner Bros.
Хорроры выгодно снимать. В фильмах ужасов идут на риски отнюдь не из-за того, что все режиссёры смелые и идейные. Просто если артхаусный слэшер с отсылкой на гуманитарную катастрофу вдруг провалится в прокате, это не будет проблемой: на него потратили всего пару миллионов долларов. Фильм снимали в старом доме и в полутьме (чтобы не тратиться на декорации), дорогие визуальные эффекты не использовали, на главные роли взяли неизвестных актёров и дальше по списку. Поэтому хиты жанра приносят огромную (относительно расходов) выручку. Например, культовый фильм «Ведьма из Блэр» при мизерном бюджете $22 000 заработал целых $248 млн.
Кадр: Getty Images
В жанре появились новые перспективные авторы. Ещё в девяностых хоррор утонул в бутафорской крови дешёвых слэшеров и второсортных пугалок, из-за чего критики долгое время чурались жанра как прокажённого. Но уже в 2010-х начался новый расцвет фильмов ужасов. Роберт Эггерс напугал сюрреализмом в «Ведьме» и «Маяке», Джордан Пил размышлял о расизме в оскароносном «Прочь», а Ари Астер шокировал публику в «Солнцестоянии». Для таких картин даже придумали название — «возвышенный хоррор». В них вместо пошлого обливания кровью и постоянных скримеров — гнетущая атмосфера, культурные отсылки и мастерская режиссура. В результате зрители напуганы, критики довольны, а репутация жанра наконец отмыта.
Кадр: A24
Зрители соскучились по всплеску эмоций. Стриминг превратил просмотр в рутину, а страх студий провалиться в прокате сделал многие фильмы стерильными и безопасными. Хорроры возвращают людям ощущение, что поход в кино — это захватывающий опыт. Неспроста маркетинг некоторых современных фильмов завязан на ощущениях зрителей в зале. Где-то измеряют частоту сердцебиения, где-то заставляют ходить по беговой дорожке — экономика впечатлений в деле. Хорроры искусно выводят публику на эмоции, заставляя трепетать и вжиматься в кресло. А после всплеска адреналина просить ещё и ещё.
Денис Котляров
