«Встретимся в пути»: о фильме Хлои Чжао «Земля кочевников»
Два качества, которые определяют фильм «Земля кочевников»: умный и человечный. И если ум и человечность всё ещё высоко ценятся, это вселяет надежду.
В российском кинопрокате идёт тихое и печально-счастливое кино от режиссёра Хлои Чжао. Непривычно сдержанный и неброский для жанра роуд-муви фильм «Земля кочевников» появился на свет благодаря женскому трио. Нон-фикшн-исследование Джессики Брудер «Земля кочевников: выжить в Америке XXI века» вдохновило выдающуюся актрису Фрэнсис МакДорманд на создание сценария. Она же стала продюсером и исполнительницей главной роли в ленте молодой талантливой китаянки Хлои Чжао. Между прочим, все условия для получения «Оскара» по новым правилам Американской киноакадемии (женщины и этнические меньшинства) – соблюдены. Но это к слову.
Конечно же, «Оскара» картине прочат не за это.
«Золотой лев» и «Золотой глобус» уже в копилке создателей этой ленты. В шести номинациях фильм поборется за «Оскара» в ближайшие дни. И, в общем-то, это странно…
Казалось бы, фильм малобюджетный, совсем недорогой. И он был бы камерным – если бы, конечно, не грандиозные пейзажи, на фоне которых разворачивается действие. На первый взгляд, фильм-то скучноватый. Там некрасивые люди живут некрасивой жизнью, полной бытовых неурядиц. Более того, это никакие не хиппи, не битники, а… страшно сказать, они работяги!
«Я работящая», — отвечает Фёрн, когда ей говорят, что работы нет, а её возраст позволяет оформить пенсию. Как вообще такое можно смотреть (особенно после Ренаты Литвиновой)?!
Но ведь что-то заставляет кинокритиков в один голос хвалить этот фильм буквально за всё: за режиссуру, сценарий, монтаж, операторскую работу и актёрскую игру, в особенности Фрэнсис МакДорманд.
Фото: filmatik.ru
«Свобода, красота мира, единение с землёй», — то, что привлекает героев киноленты в кочевом образе жизни. Но всё-таки, что же должно привлечь нас, зрителей, в самом фильме? Ведь не экзотика сама по себе. Да, психология кочевой жизни интересна, но многие ли из нас увидят в ней что-то для себя близкое? Возможно, тут есть второе дно.
О сюжете фильма говорить не хотелось бы – об этом много написано, к тому же, должна остаться какая-то интрига. Поэтому коснёмся лишь некоторых деталей, которые могли бы послужить флажками на карте смыслового ландшафта.
С первых минут нас вводят в особый мир – мир гигантского производства. Громадные площади с машинами и конвейерами по грандиозности соперничают с природными пейзажами и навевают воспоминания о плантациях в рабовладельческой Америке. Только трудятся на этих плантациях не чёрные, а, по большей части, белые. Бывшие белые люди.
Главная героиня – немолодая женщина по имени Фёрн – потеряла мужа и пытается как-то жить дальше. Ей пришлось продать большую часть имущества и купить фургончик по имени «Авангард» (она сама его так назвала), дом на колёсах. В нём можно жить и искать сезонную работу по всей стране.
Действительно ли этот фильм – о кочевниках, людях, которым ничего не стоит всё бросить, сорваться и укатить в поисках свободы и красоты мира? А вот не совсем.
Дело в том, что речь в нём идёт о реальных фактах. Был в штате Невада такой городок Эмпайр. В достопамятном 2008 году градообразующее предприятие городка – гипсокартонная фабрика – закрылось, и даже аннулировало почтовый индекс города. А это значит, город перестал существовать, его жители – сотрудники предприятия и их семьи – оказались в прямом смысле на улице.
«Мама говорит, вы теперь бездомная?»
«Нет, у меня просто нет постоянного жилья – это ведь не одно и то же…»
И речь идёт ни больше ни меньше как о гибели Империи (Эмпайр – Empire – Империя). Случайно ли это? В таких «тихих» фильмах ничего случайного не бывает. Это кино разреженного воздуха, и каждая крохотная деталь в нём работает на идею фильма.
Фото: lifehakersha.ru
Нет, не о кочевниках это кино. А о двух мирах, противостоящих друг другу. О мире человеческом и мире античеловеческом. Последний – увы, это наша цивилизация. Не просто так появились и «рабовладельческие плантации».
Фёрн встречает на своём пути много разных людей, таких же странников, как и она сама. Все они оказались «за бортом» в своей стране. Каждый рассказывает свою историю. Фёрн находит поддержку среди этих людей. В свою очередь, помогая новым друзьям, поддерживая их, она и сама получает исцеление от тех душевных ран, от которых уже и не надеялась оправиться.
Тема дружбы проходит через всю ленту – люди оставшиеся людьми дорожат друг другом. Но это дружба без привязанностей, дружба встреч и расставаний с полным доверием к судьбе, с верой в новую встречу.
Эпизод с собакой, которую Фёрн подбодрила, но взять с собой не смогла, довершает этот образ – дружбы без привязанностей. Мы – странники в этом мире.
В пути Фёрн встречает человека, который объединил вокруг себя других «кочевников» и стал их «вдохновителем». Его зовут Боб Уэллс, и это тоже реальная личность: Боб сыграл в фильме сам себя, как и большинство других непрофессиональных актёров. Боб говорил своим друзьям такие речи:
«Самое странное, что мы не просто принимаем тиранию рынка, тиранию доллара, но мы принимаем её с радостью. Мы с радостью надеваем ярмо тирании доллара, и, сами того не осознавая, живём с ним всю нашу жизнь… Как по мне, «Титаник» уже идёт ко дну, и экономика меняется. И моя задача предоставить вам спасательные шлюпки и взять на них как можно больше народу».
И мы снова убеждаемся: это не о кочевниках! Гибель Империи, тонущий «Титаник», спасательные шлюпки… И – как разнятся эти «работящие» с теми, кто на заре прошлого века из первого доллара сделал свой «первый миллион».
И тогда следующий вопрос: а кто же рабы? Те, кто разъезжает в своих фургонах и трудится в качестве винтиков на том или ином предприятии? Или те, другие?
Волею случая Фёрн приезжает к своей сестре. И там, «в кругу семьи» завязывается интересный разговор.
«Занялся недвижимостью. Дела идут в гору, цены растут – 2012 – удачный год. Хотелось бы иметь достаточно денег, чтобы всё скупить в 2008 и продать сейчас. Недвижимость – это беспроигрышное вложение», — хвалится успехами шурин.
Но почему-то Фёрн не может его за это похвалить. «Не хочу тебе перечить, но, боюсь, мне придётся. Странно, что вы побуждаете людей вкладывать все свои сбережения и влезать в долги, чтобы купить дом, который им не по карману».
«Фёрн, это довольно ограниченный взгляд на нашу работу…»
«И в чём же это, Джордж?»
«Не все люди могут вот так всё бросить и уехать…»
«Бросить всё и уехать! Вот что я, по-твоему, сделала! Бросила всё, чтобы бродяжничать?! Джордж, так получается?!»
Фото: news.myseldon.com
И ещё раз: это не фильм о бродягах. Это фильм о тех, кого обманули вот эти, которые прекрасно живут в своих домах и с радостью отдаются тирании доллара.
«А вот я думаю, что жизнь кочевников не слишком отличается от жизни первопроходцев. Фёрн поддерживает американские традиции, и это здорово», — пытается сгладить конфликт сестра.
Спасательные шлюпки, первопроходцы, «Авангард»…
Сестра приглашает Фёрн остаться жить у них. Видя, что её попытка не возымела успеха, она решается сказать ей важные слова: «Когда ты была подростком, ты казалась окружающим несколько эксцентричной. Но это было потому, что ты всегда была смелее и честнее других. И ты часто видела то, что я пыталась скрыть ото всех. Иногда даже раньше, чем я замечала это сама. Когда ты уехала, в моей душе осталась пустота».
И вот почему хочется смотреть этот фильм. Героиня странствует не потому, что она «кошка, гуляющая сама по себе» или человек, противопоставляющий себя обществу в отстаивании собственной «свободы» и «независимости». А потому, что она – смелее и честнее других. И эти качества помогли ей стать проницательной. И действовать в соответствии с тем, что она видит.
А она видит не только пространство, которого в фильме много, и дышится в нём широко. Она видит время и возвращает нас к его истокам. Откуда пошла Америка – не как земля невообразимо древнее стоящей на ней «Империи», а как общность людей, плывущих на «Титанике»? Она пошла из старой доброй Англии. А когда будущему угрожает гибель, человек невольно обращается к прошлому.
Вот Фёрн читает молодому бродяге сонет Шекспира: «Я с летним днём сравнить тебя готов»… А вот за рулём напевает старинную английскую песенку дошекспировских времен: Greensleeves («Зелёные рукава»).
И она не прибивается к берегам не потому, что такая уж «неприкаянная». Просто она честнее, смелее и дальновиднее многих других. Примкнуть к миру людей, скупающих недвижимость у ближних, которым меньше повезло, для Фёрн немыслимо. Её верный Авангард поможет ей увидеть красоту Божьего мира и поддержать на этом пути других. Тех, кто хочет смотреть. Эта земля – земля кочевников: «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю». Кажется, и этот смысл заложен в самом названии фильма.
Кочевники не говорят друг другу «goodbye», так как это слово вносит некую окончательность. I see you down the road, — говорят они друг другу. «Встретимся в пути!»
Наталья Барышева
Заглавное фото: esquire.ru
