«Вестсайдская история»: любовь и ненависть в трущобах

Легендарный Стивен Спилберг взялся за легендарное произведение, уже снискавшее славу и на сцене Бродвея, и в кинозалах. Удалась ли новая экранизация? Или режиссёр всё же пал под грузом величия первоисточника?

Над районом Вест-Сайд, словно неотвратимый рок, навис шар для сноса зданий. Вместе с камерой мы парим над разрушенными домами и кучами камня. Скоро вместо трущоб здесь будет красоваться Линкольн-центр. Ну а что жители? Митингуют, пытаясь спасти свои полуразрушенные жилища.

В фильме эти протесты отходят на второй план, давая дорогу другому противостоянию. На руинах неблагополучного района ведётся ожесточённая борьба за территорию. В одном углу каменного ринга — банда «Ракет»: потомки белых мигрантов. В другом — приезжие пуэрториканцы, они же банда «Акул». Каждая сторона считает Вест-Сайд и в целом Соединённые штаты своим домом. И при этом они на дух не переносят друг друга. Но вот в зале для танцев по чистой случайности рождается история Ромео и Джульетты по-американски. Любовь Тони из белых Монтекки и Марии из латинских Капулетти изменит жителей Вест-Сайда больше, чем программа реновации.

Спилбергу удалось удачно провернуть один сложный трюк — осовременить историю так, чтобы это не выглядело топорно. Его «История» поднимает тему расизма, феминизма и нетерпимости в целом. Но эти мотивы не выглядит как цитирование политического манифеста или инородные тела, которые добавили потому что «так нынче принято». Когда пуэрториканцы сетуют на «Америку для белых», это смотрится органично. Как и женщина, которая хочет открыть ателье, а не воспитывать шестерых детей.

Ведь эти социальные комментарии были заложены ещё в оригинале, они отражают реалии того времени. И режиссёр отлично их чувствует. Поэтому если и решается на нововведение, то оно всё равно ощущается уместным. Если бы вы не знали, что роль девушки-пацанки Энибадис исполняет трансгендерная персона, то вряд ли заметили бы разницу.

И всё же главное в «Вестсайдской истории» не это. В первую очередь перед нами мюзикл. И при чём шикарный. Классическая музыка Леонарда Бернстайна звучит великолепно даже спустя 50 лет. Визуально действие дополняется отточенной хореографией и яркими зрелищными номерами. Камера летает над танцорами, не упуская ни одного па или взмаха руками. Януш Камински, постоянный оператор Спилберга, в очередной раз сотворил на экране магию.

Конечно же, великое произведение не построить на одном лишь визуале. Фильм знакомит нас с большим количеством перспективных актёров-дебютантов, главная среди которых — Рейчел Зеглер, воплотившая Марию. Она одинаково хорошо играет и наивного романтика, и вспыльчивую фурию, при этом прекрасно исполняя свои вокальные партии. Из-за этого её партнёр Энсел Элгорт (он же Тони) частенько находится в тени. Из второстепенных актёров в память врезается горячая пуэрториканская парочка — Дэвид Альварес (играет Бернардо, брата Марии) и Ариана ДеБос (в роли его девушки Аниты). Последняя украшает своим присутствием любую сцену, в которой играет.

Поклонники экранизации 1961 года будут очень раны увидеть в новой «Истории» Риту Морено. Пятьдесят лет назад она играла Аниту, а сейчас — жену хозяина аптеки, выполняя роль наставника. В этой экранизации именно Рита исполняет песню «Somewhere» — гимн светлого будущего без вражды и розней. Это ещё одно нововведение, причём особенно удачное.

Главная сценарная находка фильма — уход от излишней театральной напыщенности. В отличие от первой экранизации, здесь есть драки, а персонажи обзавелись маломальской предысторией. К примеру, нам объясняют, за что именно Тони сидел в тюрьме, или почему Чино не берут в банду «Акул». Эти, казалось бы, незначительные штрихи, добавляют героям глубины и помогают эмоционально к ним привязаться.

Если вам, как и автору этой статьи, не по душе мюзиклы, это не повод игнорировать «Вестсайдскую историю. Помимо роскошных танцевальных номеров она может похвастаться мощной драматической историей, которая прошла испытание временем и если не вызовет у вас слёзы, то хотя бы намочит глаза. Ну а Спилберга можно только поздравить. Грамотно осовременить настолько знаковое произведение, при этом не ударив лицом в грязь — весьма редкое достижение в наше время.

Денис Котляров

Фото: kinopoisk.ru