«Последние джедаи» приманят фанатов «Гарри Поттера»?
14 декабря в широкий прокат вышла вторая часть новой трилогии «Звёздных войн» — «Последние джедаи». Акцент в восьмом эпизоде «звёздной саги» сделан на зрелищность — в фильме изобилие спецэффектов, а смысловая составляющая всей истории проглядывается едва ли. Кинообозреватель Егор Холмогоров отметил это в своей рецензии, опубликованной на сайте телеканала Царь Град. Однако, начал он с «обычных мелких придирок», а закончил «Цицероном, Святым Солженицыным с св. Патриком».
Хотя «Звездные войны» и получают с завидной регулярностью престижную премию «Сатурн» в категории «Best Science Fiction Film», но в особой научности эту фантастическую киносагу никто не подозревает. В конечном счете, дело происходит «давным-давно в одной далекой галактике», а потому никого не удивляет тот факт, что её туземцы умеют совершать межзвездные перелеты, но не могут распознать многоплодную беременность, а потому рождение у Падме двойни в финале «Мести ситхов» вызывает искреннее изумление. Впрочем, раньше создатели галактической фэнтези считались хотя бы с основными физическими константами и свойствами материи. Теперь же и на них положили большую и волосатую лапу Чубакки.
Ладно, что герои, наделенные Силой, освоили ментальную квантовую телепортацию и могут соприкасаться сквозь пространство и, пожалуй, время. Ладно, что принцесса Лея, унаследовавшая от папы кое-какие мидихлорианы, вылетев в межзвездное пространство не превращается в бездыханную льдышку и отделывается краткосрочной комой. Абсолютно все герои «Последних джедаев» ведут себя так, как если бы вакуума в космосе не существует.
В «Последних джедаях» представители обеих враждующих сторон ухитряются открывать бомбовые люки в открытый космос, после чего долго и с красивыми страданиями умирать от потери крови. Находясь на расколотом на части и, соответственно, разгерметизированном дредноуте, они преспокойно ходят, бегают, дерутся, ухитряются друг друга убивать и даже спорить о власти. «Титанику» следовало тонуть в космосе, — там все его пассажиры ухитрились бы напиться, влюбиться, родить детей и сделать фото с ними в университетской мантии.
Герои предыдущих частей саги могут только завидовать сегодняшним лайфхакам. Будь сразу же разрешен таран на гиперскорости, — «Звезда смерти» из IV части не протянула бы под ударами камикадзе свободы и пару часов. А если бы можно было протыкать владельца его собственным световым мечом, манипулируя им силой мысли, многие из легендарных ситхов и джедаев не мозолили бы нам глаза по нескольку предыдущих серий. Развивая эту теорему к следующей части создатели просто обязаны додуматься до пляски летающих в воздухе световых мечей, управляемых ментальной силой одного персонажа.
Впрочем, мой упрёк не нов… Каждую часть «Звездных войн», начиная с «эпизода IV», справедливо обвиняли в следовании принципу «зрелище превыше всего». Примата картинки над логикой просто вышел на новую ступень. В конечном счете, все уже сделанные с самого начала допущения, куда более абсурдны, чем любые нынешние «докрутки». Снявши Ньютона по Гей-Люссаку не плачут. Параметры возможного и невозможного в мире «Звездных войн» определяются не столько законами физики, сколько теорией литературы, кино и «Указателем сказочных сюжетов» по системе Аарне-Томпсона, а главное – взаимодействием с другими фантастическими вселенными.
Третья трилогия «Звездных войн» буквально сочится желанием переманить к себе всех фанатов Гарри Поттера, так что работает на безошибочное стопроцентное узнавание. Если на сходством Кайло Рена и Северуса Снейпа не потешался только ленивый, то теперь уже и сходство Сноука с Волдемортом приобрело визуальную и стилистическую законченность, и легилименция полностью легализована, и эпизод с зеркалом повторяет эпизод с зеркалом же из «Философского камня». Световые мечи окончательно превращаются в подобие магических палочек из магазина Олливандера, и потому уже не удивляешься ни перетягиванию «палочки» двумя равными противниками, ни убийству злодея при помощи его же собственного оружия.
Но не Поттером единым – в диалогах Люка и Рей всё время чудилось что-то вроде:
— Откуда девочка?
— Ниоткуда.
— Как имя девочки?
— Никто.
— Под каким флагом выступает девочка?
— Под нейтральным.
Полный текст рецензии Егора Холмогорова читайте на tsargrad.tv .
