«Балканский рубеж» — бодрый боевик умеренно-патриотических взглядов
В российский прокат вышел фильм «Балканский рубеж», оказавшийся не столько карикатурным «Сирийским песком», сколько новой «9 ротой», — пишет Афиша Daily. Середина 90-х. Расформированный за неподчинение приказам (как водится, бесчестным) отряд российского спецназа почти в полном составе прячется от трибунала в Сербии. В Москву разрешают вернуться только командиру Беку (Гоша Куценко). Но в 1999-м году НАТО начнет бомбить Сербию, Россия решит занять аэропорт в Приштине, и боевые товарищи встретятся вновь. Но на этот раз — чтобы отбить аэродром у албанского полевого командира и удерживать позицию до прибытия российских миротворцев.
В отряд, как подметит один из героев, войдет «настоящий интернационал»: ингуш Бек, узбечка Вера (Равшана Куркова), серб Вук Петрович (Милош Бикович), албанец Фадиль (Александар Радойичич), татарин Гирей (Нодари Джанелидзе), возможно, белорус Слащев (Сергей Марин), один неизвестно кто (Кирилл Полухин) и русский Андрей (Антон Пампушный). Получится семь самураев и одна чудо-женщина. Террористов вокруг них будет никак не меньше полутора сотен. К тому же русский на беду влюбится в сербскую медсестру Ясну (Милена Радулович). Зато на стороне наших сыграют Гойко Митич и Эмир Кустурица — еще два символа того, насколько важна эта премьера для сербов.
Опасения, что «Балканский рубеж» окажется фильмом яростно геополитическим, не подтвердились. Главным злом здесь назначен террорист, а у террористов, как известно, национальности нет. Противостояние с НАТО тоже присутствует, но без перегибов.
Во-первых, фильм начинается с бомбардировок Белграда без мандата ООН (спойлер: все это было на самом деле), в ходе которых только по оценке западных правозащитников погибло более 500 гражданских. Во-вторых, здесь есть коварный швейцарский врач — персонаж, без которого фильм ничего бы не потерял. В-третьих, французские летчики здесь используют бомбы-пустышки. А в-четвертых, в финале будет реконструирован легендарный эпизод с британским генералом Майклом Джексоном (не тем Майклом Джексоном), который ответил своим командирам, что не станет начинать для них Третью мировую.
Других выговоров западным партнерам в фильме нет — сценаристы отказались даже от такого исторического козыря, как нечаянная бомбардировка американцами посольства Китая. То есть НАТО присутствует в фильме ровно в той мере, которой того требуют время и место — Балканы 1999 года. Увы, в фильме нет важного послесловия — о том, что героическое достижение русского оружия уже через несколько дней было обесценено слабостью русской дипломатии.
Это целый паттерн, который воспроизводит себя от войны к войне, но фильм его не замечает — если не считать сцены с генералом, который сопротивляется малодушному приказу из Кремля. Зато есть живая реконструкция знаменитого памятника «Воин-освободитель», установленного в Берлине после Великой Отечественной войны, изображающего солдата с девочкой на руках. Вообще, создается ощущение, что картина хочет говорить одновременно обо всём: и о настоящем, и о прошлом, и о Балканах, и о Кавказе, и об Украине — но выбирает более кассовую, безопасную и однозначную подачу.
Кажется, претензий к «Балканскому рубежу» было бы еще меньше, будь фильм откровенным трешем: никого ведь не обижает геополитический бред «Хантера Киллера» или гуманистический пафос «Девушек солнца» (показанных, ко всеобщему ужасу, в основном конкурсе Канн). Но «Балканский рубеж» на свою беду сделан чуточку лучше, чем самый честный боевик категории «Б». Глянцевых глупостей в нем не больше, чем в западных фильмах типа «Частной войны»(про Сирию) или «Поиска» (про Чечню). Но что позволено Мишелю Хазанавичусу, то не позволено быку, так что российский фильм знал, на что идет.
Да, его хронометраж 2,5 часа — это военное преступление, сцен со слоу-мо могло бы быть в десять раз меньше, а приставлять нож к горлу маленькой девочки стало не комильфо еще со времен «Коммандо». Персонажи, несмотря на целую вечность наедине со зрителем, прописаны очень схематично, так что и не пытайтесь после фильма вспомнить, сколько было защитников аэродрома, какой национальности они были и как их звали.
Но когда дело дойдет до неизбежного финального отсчета, не сопереживать этим же героям будет невозможно. У каждого персонажа — идеальная точка выхода из истории, удачный монтаж с документальными кадрами выбивает слезу, а актеры (включая тех, кто вызывал опасения) работают достойно. Антон Пампушный, может быть, и не Крис Хемсворт из «Кавалерии», но и не Лиам Хемсворт из «Неудержимых». Самый широкий спектр эмоций выдает Равшана Куркова.
Между зрителем и Милошем Биковичем тает «Лед»: в наполовину сербском фильме актер смотрится гораздо лучше, чем в последнем российском. От Милены Радулович сценарий слишком часто требует хлопать глазами — но как с такими глазами не хлопать.
Наконец, здесь есть запоминающиеся монологи: герой Кирилла Полухина, к примеру, в какой то момент произносит речь ничуть не хуже, чем у сержанта из «Псов-воинов», чей сапер-сослуживец набил на заднице татуировку с дьяволом — и остались от него только рожки да ножки. Перестрелки здесь поставлены так же ловко и звучат так же сочно, как, например, в фильме «Уцелевший» с Марком Уолбергом.
Почти часовая финальная битва за аэропорт — пока что вершина батальной хореографии среди российских боевиков о современной войне.
Единственная настоящая проблема «Балканского рубежа» — в том, что сравнивать его будут не с родной «9 ротой» (причем «Рубеж» сделан, пожалуй, поделикатнее), а с голливудским кино. А Голливуд перестал делать такие фильмы еще после спорных экспедиций Рассела Кроу в Южную Америку («Доказательство жизни») и Брюса Уиллиса в Африку («Слезы солнца»). Российский фильм им мало чем уступает, но вышел чуть ли не на двадцать лет позже.
Поэтому все, что есть в нем, уже было где то еще, — кроме, может, местоположения, но и то сегодня интересно разве что Анджелине Джоли. По той же причине три года назад мало кого впечатлил похожий на все это ремейк «Великолепной семерки». Но мы только обрадуемся, если «Балканскому рубежу» повезет больше.
Егор Москвитин
